Моя борьба за свободу на радио Свобода -Сулим Юнусов

Часть 2 В первой части своей публикации я показал читателю истинное лицо руководства Свободы в лице его редакторов (директор радио Е. Фиштейн заслуживает отдельной публикации),  и, что их понятие свободы ничем не отличить от его толкования большевиками по части табу на критику власти.

 

А теперь о главном либерале, «морализаторе» Свободы Анатолие Стреляном.

О радио Свобода, либерализме и чеченском вопросе в свете российской демократии.

Ваши письма. 24 Июль, 2010

http://www.svobodanews.ru/content/transcript/2104500.html

Среди откликов на передачи «Свободы» я наткнулся на один, очень характерный. Пишет человек, подписавшийся одним словом: чеченец. Испытанием российской демократии послужила Чечня. Все эти товарищи показали себя в этом вопросе людьми имперского мышления – единая, неделимая. Единственно, один Явлинский однозначно высказался за политическое решение этой проблемы.

Путин в своей последовательности и открытости на этом поле переиграл их и выкинул на обочину российской политики. Помню, как-то на какой-то передаче Сатаров совал ведушему конверт, что эта власть не проживет пяти лет. Возможно, это так и было бы, если бы не цены на энергоносители. Не получается у этих товарищей, – автор имеет в виду российскую демократическую оппозицию, – по одной единственной причине: страшно далеки они от народа. Ментальность народа – наших бьют. Используя этот низменный инстинкт, Путин и держится.

Этим товарищам нечего противопоставить этому джокеру. Согласен, что эти люди на голову выше Путина, Медведева по интеллекту. Но их интеллект на сегодня не востребован. Если товарищи хотят чего-то добиться, то надо перехватит оселок «наших бьют» Ну, перехватят, скажу я автору этого совета. И что? Чем перехватчики будут отличаться от тех, у кого они перехватят жульническую методу работы с населением?

Тайными благородными мыслями, планами, целями? Да грош им цена!..

С Чечнёй достигнута мировая. Сегодня ясно, что политического решения перед первой войной, наверное, всё-таки не было. Свобода, демократия – мы видели, как пользовались ими Шамиль Басаев и его ребята. Они обязательно попытались бы создать Великую Чечню.

Две чеченские войны – это кровавая проба сил. Чечня уяснила, что до моря ей не дойти, не пустят, никаких кусков за её пределами не дадут – на этом успокоилась. Россия, в свою очередь, уяснила, что превратить Чечню в Астраханскую область не удастся – пусть живёт по-своему, не по-российски, но – в границах России.

Пусть для неё не существует российская конституция. Российская конституция не существует и для России, но – по-другому. Вот и решили: пусть она для чеченцев не существует по-чеченски, а для России – по-российски.

Зададимся, кстати, вопросом: если бы в России была демократия, стала бы она терпеть кадыровский режим?

Да ни одного дня! Конституция России заставила бы отправить в тюрьму всех чеченских бандитов (как, впрочем, и российских). А это всё то же: война. Итогом могла бы быть полная независимость Чечни и санитарный кордон вокруг неё, чтобы пресечь таки создание Великой Чечни. Вожди-то чеченцев, скажем ещё раз, хотели превратить свой народ в маленький имперский. Маленький, но имперский!

Уважаемый Анатолий Стреляный, как то один мой знакомый, когда зашла речь о российской демократии, сказал мне. Копни российского либерала, найдешь шовиниста. Вот на вашем примере приходиться убеждаться, как глубоко он в воду глядел.

Если скажу, вы не либерал, то уверен, обидитесь. А назвать вас либералом, язык не поворачивается – совесть не велит. А почему, я ниже скажу. Вот такая у меня коллизия. Коль вы присвоили себе право комментировать мое письмо, то позвольте и мне то же самое. Вот вы говорите, что с Чечней достигнута мировая. Это самое говорит и Путин, но что это за мировая сказать не соизволяете. Не любить говорить об этом и Путин. А это мировая – живодер Кадыров. Академик с восьмиклассным образованием.

Один Афанасьев не вынес плевок в лицо, а остальная либеральствующая академическая братия не сопротивилась ни единым писком принятию в свои ряды этого вахлака. Знаете, когда у писательствующих и академствующих либералов размывается понятие добра и зла во имя единой, неделимой, то это говорит об одном. Клинический случай коллективного помешательства на почве великодержавия.

Когда вы говорите: «Сегодня ясно, что политического решения перед первой войной, наверное, всё-таки не было», то вы пытаетесь всего лишь защитить повинного в этом либеральствующего Сатарова, не больше того. Дороже не истина, а этот великодержавный либерализм. Как тут не вспомнить главного либерала, развязавшего эту войну. Так вот, этот главный либерал, ныне покойный, признал своей единственной ошибкой войну в Чечне. Не расстрел Верховного совета, не разные там терапии, а именно войну в Чечне.

С высоты своего положения он лучше всех увидел, куда загнал его и страну этот великодержавный обман.

Дорогой писатель, так и напрашивается вопрос, а видели вы или слыхали, с высоты прожитых лет, о свободе, демократии на пепелище. Не слыхали. Я готов был бы списать сей пассаж, если бы не это: Они попытались бы создать Великую Чечню.

Вы это всерьез?

Если да, то вам срочно нужен психиатр.

Сами не замечая, вы всего лишь запоздало подпеваете, уже забытому самым  Первым каналом мотиву.

Если вы в двух чеченских войнах захотели увидеть кровавую пробу сил, то, не покушаясь на ваше право так думать, я оставляю за собой право интерпретировать его по – другому.

Вы, наверное, видели на чеченском флаге герб возлежащего волка. Так вот, волк единственный хищник, который идет против более сильного. Он не поддается приручению.

Чем смотреть Первый канал и делать такие замудреные выводы, вам следовало перед этим перечитать хотя бы Хаджи-Мурата и понять почему волк идет против сильного.

А теперь смотрите, почему чеченский волк пошел против русского медведя.

— « Сын же его, тот красивый, с блестящими глазами мальчик, который восторженно смотрел на Хаджи-Мурата, был привезен мертвым к мечети на покрытой буркой лошади. Он был проткнут штыком в спину. Благообразная женщина, служившая, во время его посещения, Хаджи-Мурату, теперь, в разорванной на груди рубахе, открывавшей ее старые, обвисшие груди, с распущенными волосами, стояла над сыном и царапала себе в кровь лицо и не переставая выла.

Садо с киркой и лопатой ушел с родными копать могилу сыну. Старик дед сидел у стены разваленной сакли и, строгая палочку, тупо смотрел перед собой. Он только что вернулся с своего пчельника. Бывшие там два стожка сена были сожжены; были поломаны и обожжены посаженные стариком и выхоженные абрикосовые и вишневые деревья и, главное, сожжены все ульи с пчелами. Вой женщин слышался во всех домах и на площади, куда были привезены еще два тела. Малые дети ревели вместе с матерями. Ревела и голодная скотина, которой нечего было дать.

Взрослые дети не играли, а испуганными глазами смотрели на старших. Фонтан был загажен, очевидно нарочно, так что воды нельзя было брать из него. Так же была загажена и мечеть, и мулла с муталимами очищал ее. Старики хозяева собрались на площади и, сидя на корточках, обсуждали свое положение. О ненависти к русским никто и не говорил. Чувство, которое испытывали все чеченцы от мала до велика, было сильнее ненависти. Это была не ненависть, а непризнание этих русских собак людьми и такое отвращение, гадливость и недоумение перед нелепой жестокостью этих существ, что желание истребления их, как желание истребления крыс, ядовитых пауков и волков, было таким же естественным чувством, как чувство самосохранения».

Это писал барин. Барин либерал, для которого истина была дороже того великодержавия, где он мог менять на борзых щенков себе подобных.

По прошествии стольких лет ничего не переменилось ни в вас, ни в нас.

Возмутились вы, когда по Центральному роддому Грозного пальнули баллистической ракетой. Не возмутились. А тот барин либерал на вашем месте возмутился бы. Вот это и сделало его великим и либералом.

Оставьте после этого за мной право не признавать в вас ни демократов, ни либералов.

Шовинисты нутром, вы  до сих пор так и не можете понять природу волчьего безрассудства. Вся проблема в этом, а не в кровавой пробе сил, ни в российской конституции, сталинская была лучше написана – и она нас не устроила, ни в имперских амбициях чеченских вождей в вашем больном воображении.

Чеченец никогда не может быть ни холопом, ни барином – это и есть вся наша имперскость.

А вы, завравшиеся в своем словоблудии и рвении добраться до властной кормушки, не видите насколько вы жалки и беспомощны перед этим гебешным живодером и его клоном. Он положил на вас не печатное из трех букв. И поделом.


nohchipress

Реклама

комментария 2

  1. И как же сумел это свое «Чеченец никогда не может быть ни холопом, ни барином» — отстаивает С.Юнусов совместно с А. Закаевым, который снова бросился в объятия вахабитов, отделивщихся от Умарова? Одни слова и эмоции… Нет последовательных шагов(хот в чём -нибудь)в их действиях, И они сами обличают себя, и это мы наблюдаем.Слова этого автора и его «друзей» и их действия — это тот случай, когда слова зависают в воздухе не из-за их ненадобности, а из-за неспособности тех ,кто их озвучивает быть последовательными.

  2. Хорошоя отповедь чеченофобу Стреляному.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: